Civil Georgia, Тбилиси, Грузия - Появление бывшего министра обороны Ираклий Окруашвили на политической арене с жесткими обвинениями нанесло определенный ущерб имиджу властей, но он не такой уж и сильный противник, как это показалось с первого взгляда, - заявил в интервью «Civil.Ge» политолог, руководитель «Кавказского института мира, демократии и развития» Гия Нодия.

Бывший министр обороны Окруашвили, который 25 сентября повел презентацию своей новой оппозиционной партии «Движение за единую Грузию», основной мишенью своей критики избрал президента Саакашвили и обвинил его администрацию в фашистских тенденциях, заказах на убийства и антигосударственных действиях.

После этих заявлений, как отвечает Гия Нодия, властям придется быть более осторожными и давать меньше поводов для критики оппонентам.

Вопрос: Насколько важно появление на политической арене такой силы, входящей в резкое противостояние с властями, как новая партия Ираклия Окруашвили?

Ответ: Были довольно большие ожидания в отношении появления новой силы Окруашвили и в связи с этим, в определенной степени, в последнее время оппозиция была даже парализована.

Но, факт уже состоялся, и теперь все зависит от того, насколько в реальную силу превратится партия Окруашвили и сможет ли она конкурировать с Саакашвили.

Нужно отметить, что его появление на самом деле было эффективным, так как те тяжелые обвинения, которые он выдвинул властям, с одной стороны наносят ущерб властям, ухудшая их имидж, но, с другой стороны, может вернуться к самому Окруашвили, как бумеранг.

Но, появление в политике в сопровождении такого скандала больше указывает на его слабость, и не является обнадеживающим для него. А слабость состоит в том, что сразу ходишь всеми козырями и оставляешь мало чего сказать – а до выборов еще целый год. Поэтому, в долгосрочной перспективе ему не хватит ресурсов.

Что касается его заявлений, они бесспорно жесткие, но в то же время, не аргументированы. Хотя, несмотря на это, эта кампания в любом случае проигрышна для властей, так как часть общества поверит в эти заявления и без всяких доказательств.

Вопрос: Какое влияние может оказать Окруашвили со своей новой партией на политические процессы в стране?

Ответ: Появление Окруашвили непременно повлияет на политическую жизнь с той точки зрения, что она может стать интенсивней, в том числе и с точки зрения усиления конфронтации. То есть, конфронтация перейдет на более высокий регистр и оппонентам в ходе борьбы друг с другом придется перейти со слов на дело.

Вопрос: Насколько выгодна для властей та позиция, которую они избрали в ответ на обвинения со стороны Окруашвили?

Ответ: Думаю, что власти избрали правильную тактику, когда ответили Окруашвили иронией, и фактически, проигнорировали его. Думаю, что так и продолжится до тех пор, пока какие-либо конкретные доказательства не будут выложены со стороны бывшего министра обороны, если таковые существуют. А отвечать на данном этапе, в определенной степени, означает признания серьезных обвинений.

Бесспорно, что появление Окруашвили в виде такого оппонента вдвойне болезненно для Саакашвили. Во первых потому, что этот человек на протяжении нескольких лет был его «правой рукой», и во вторых – в связи с обвинениями, прозвучавшими непосредственно против него.

Вопрос: Насколько важны изменения в стиле правления Саакашвили?

Ответ: В худшем сценарии правление Саакашвили может стать более репрессивным. Предпосылки этого уже появились во время события в Гори и в виде задержания Дмитрия Китошвили (парламентский секретарь президента), что может быть связано лично с фигурой Окруашвили. Таким образом, довольно легко обвинить (Окруашвили) в коррупции; Пока этого не видно, но его также могут обвинить в попытке дестабилизации.

Но, если взглянуть реально, угроза со стороны Окруашвили не такая уж большая, как это показалось с первого взгляда. Поэтому, если власти сохранят спокойствие и проявят разумность, все должно продолжится так, как работало до сих пор.

Но, в то же время, власти должны давать меньше поводов оппонентам для критики демократических процессов и в отношении верховенства закона.